В середине июля чиновники дважды публично разругались между собой, оба раза — на совещаниях у Лукашенко. В обоих случаях политику пришлось вмешаться, причем на одной из встреч он даже пригрозил арестом одной из сторон спора. Могут ли чиновники так вести себя при Лукашенко? И зачем все это показали по государственному телевидению? В новом выпуске нашего шоу «Как это понимать» рассуждают ведущий Глеб Семенов и аналитик Артем Шрайбман
— Глава КГК Василий Герасимов на глазах у Лукашенко обвинил витебских чиновников в сокрытии информации о кадровом дефиците в сельском хозяйстве. Председатель облисполкома Александр Субботин ответил, что тот лжет. Через пару дней спор повторился, но уже в другом составе и из-за нефти. Почему госмедиа показали эти ссоры? И неужели у чиновников есть право голоса и они могут спорить друг с другом в присутствии Лукашенко?
— Думаю, спорить друг с другом — да, почему нет? Они находятся в относительно равных позициях. Губернатор и председатель КГК — это сравнимые должности высшего эшелона власти. Конечно, они могут спорить, когда на кону стоит их карьера. Почему он [губернатор] не может защититься? Конечно, может, особенно если считает, что на него клевещут в присутствии человека, от которого зависит его судьба.
В этой системе нормальная практика, когда все выносится на суд Лукашенко — главнокомандующего. И поскольку чиновники понимают, насколько весомо его решение, важно не пропустить момент.
Не знаю, кто прав конкретно в этой истории или в нефтяной. Честно говоря, в беларусской системе власти сложно понять, кто прав, потому что законы часто написаны с двусмысленными трактовками, и каждый орган — контролер и исполнитель — может трактовать нормы или противоречащие друг другу указания в выгодном для них русле. В нормальных странах для разбирательств в таком случае есть суд, а у нас все выносится на суд персональный. Поэтому неудивительно, что приходится перекрикивать друг друга.
Госмедиа показали это, потому что не было команды, что в этой ситуации однозначно прав один. Если бы Лукашенко прилюдно сказал: «Ты замолчи, а ты прав», — то, думаю, это могли бы не показывать. Потому что тогда создавалось бы впечатление, что как будто легитимизируется заявление того, против кого выступает лидер. Когда Лукашенко ругается с кем-то из чиновников на подобных совещаниях, обычно точку зрения этого чиновника показывают в комичном, урезанном виде. Он просто поднимается, заикается, но Лукашенко его усаживает и произносит длинный монолог. И мы не знаем, какие аргументы на самом деле приводил этот человек.
Тут не было явного победителя, Лукашенко не принял решение, сказал Кочановой разобраться. Для госСМИ же есть кликабельный контент — всем интересен конфликт. Также здесь есть роль мудрого арбитра для Лукашенко, который справедливо рассудил и предложил механизм для разрешения спора. В этом нет ничего политически опасного, что нельзя показать.
А с Герасимовым мы видим это не в первый раз. Он не впервые отмечается такими публичными порками присутствующих чиновников прямо на глазах Лукашенко. Это, видимо, уже тактика внутриноменклатурной борьбы. Видимо, он раскусил, что это правильный маршрут к нужному решению Лукашенко — начать при нем выливать компроматы на присутствующих.
